Тема 10: Казахская философия icon

Тема 10: Казахская философия



НазваниеТема 10: Казахская философия
Дата конвертации27.12.2012
Размер330.81 Kb.
ТипДокументы
источник
1. /Философия Хр. Мат. 9 - 10/Хрестоматийный материал 10.doc
2. /Философия Хр. Мат. 9 - 10/Хрестоматийный материал 9..doc
Тема 10: Казахская философия
Тема 9: Русская философия

Хрестоматийный материал.

Тема 10: Казахская философия.

Тексты: Абай. «Слова назидания» (фрагмент). 1. Касабек А., Касабек С. «Искание истины»: «XX век в истории казахской философии». 2. М.Орынбеков «Предфилософия протоказахов»: «Мировоззренческие ориентиры и первоначальные категории протоказахов и их соотношение»; «Традиционные верования Протоказахов. Поклонение Тенгри, Жер-Су, Умай»

Хрестоматия 10.1.

Касабек А., Касабек С. «Искание истины»: «XX век в истории казахской философии».

ХХ ВЕК В ИСТОРИИ КАЗАХСКОЙ ФИЛОСОФИИ.

Переход к демократическому обществу, построение рыночных отношений и становление новой государственности в Казахстане затронули все стороны общественных отношений. Раскрепоще­ние мысли, возврат к истокам национальной идеи, установление естественных взаимосвязей между науками и постепенный пере­ход к общечеловеческим ценностям вносят положительный вклад в формирование национального самосознания как атрибута ка­захского народа. Этот процесс благотворно отражается и на жиз­ни представителей других народов Казахстана.

Однако XX в. в истории развития казахского народа оказался весьма противоречивым как в позитивном, так и в негативном отношении. Своеобразие такого развития представлено в науч­ных исследованиях философов Казахстана, в основном руковод­ствовавшихся методологическими принципами марксизма-лени­низма, что привело к одностороннему освещению сложного спе­ктра общественных отношений.

Изучению социальных свершений, так называемых революци­онных преобразований, происходивших в республике, особенно­стей строительства социализма в Казахстане были посвящены пер­вые философские работы, появившиеся в 30-е годы на страницах периодической печати. В эти же годы в вузах республики были организованы первые кафедры философии, начаты переводы тру­дов К. Маркса, Ф. Энгельса и В. И. Ленина на казахский язык. Особенно бурно развивалась философия в Казахстане с середины

50-х годов. Этому способствовали открытие в 1949 г. философ­ского факультета в Казахском университете, организация в 1958 г. Института философии и права АН Казахской ССР, а также созда­ние в 1978 г. Института повышения квалификации преподавате­лей общественных наук при КазГУ.

Создание материально-технической базы социализма, корен­ные преобразования общественных отношений привели к разви­тию научного знания, обусловили разработку ряда актуальных философских проблем. К середине 80-х годов в Казахстане науч­ную и педогогическую работу вел большой отряд квалифициро­ванных философов — свыше 400 специалистов, в том числе 6 ака­демиков и членов-корреспондентов АН Казахской ССР, 20 док­торов и 180 кандидатов философских наук. Заметно оживилась научно-исследовательская работа в области философии во всех 60 высших учебных заведениях, где было сосредоточено большин­ство философских кадров республики.

В центре внимания исследователей стояли следующие вопро­сы: ленинское философское наследие, методология социального познания, закономерности некапиталистического пути развития, социально-классовая структура советского общества, националь­ные отношения, изучение роли субъективного фактора в разви­тии социалистического общества, процессы совершенствования социалистических общественных отношений, развитие духовной жизни социалистического общества, пути формирования гармо­нически развитой личности и др.

В эти же годы развивались конкретные социологические ис­следования. Организованная при Казахском университете лабо­ратория социологических исследований акцентировала внимание на проблемах, связанных с интернационализацией общественных отношений. Философы Института философии и права АН Казах­ской ССР исследовали вопросы подъема культурно-технического уровня рабочего класса, духовной жизни человека в условиях на­учно-технического прогресса и др. Группы социологических ис­следований различных вузов изучали проблемы образования и его роль в изменении социальной структуры социалистического об­щества. (М. С. Аженов).

Определенный вклад внесли ученые в разработку вопросов раз­вития нации и национальных отношений: закономерности разви­тия советского многонационального государства; вопросы устранения пережитков национальной розни и установления фактиче­ского равенства всех наций; природа национальной психологии; управление социальными и национальными отношениями; вос­питание людей в духе интернационализма и патриотизма. Следует отметить следующие работы: Н. Д. Джандильдин «Природа наци­ональной психологии», (Алматы, 1971); М. И. Сужиков «Образо­вание ССР и социальный прогресс казахского народа» (Алматы, 1972); А. Е. Канапин, А. Д. Яндаров «Расцвет культуры казахского народа» (Алматы, 1977); А. А. Айталиев «Социализм и интернаци­ональное воспитание» (Алматы, 1979) и др.

Социальные процессы, связанные с современной наукой и тех­никой, были осмыслены путем изучения научно-технической ре­волюции. При этом считалось весьма важным раскрыть то новое, что имелось во взаимоотношениях между наукой и производст­вом, между НТР и духовным миром человека, показать возрос­шую роль науки в обществе. В работах философов республики освещались основные тенденции разделения труда, воздействие НТР на социальную и профессиональную структуры рабочего клас­са и других социальных общностей. Изменения, затрагивающие технический прогресс в тех условиях, представлены как органиче­ское соединение умственного и физического труда на путях ком­плексной механизации и автоматизации производства, роста куль­турно-технического уровня трудящихся, соединения образования с производительным трудом. Этому вопросу посвящена коллек­тивная монография «НТР и духовный мир человека»(Алматы, 1979). Опубликован также ряд работ, посвященных анализу полити­ческой организации общества, раскрытию внутреннего содержа­ния политической системы социализма, социалистическому об­разу жизни, проблемам нравственности (Т. Ж. Жангельдин, Л. М. Славин, Г. Г. Акмамбетов и др.).

На этом этапе развития общества представляли определенный интерес исследования быта, обычаев и традиций народа в их связи с общественной жизнью. Разработке этих проблем посвящены книги Н. С. Сарсенбаева, Я. П. Белоусова, С. Д. Танкаева и др.

Развитие культуры и искусства поставило перед философской наукой большие задачи в области эстетики. Вышли в свет отдель­ные работы о специфике искусства, его месте в общем процессе познания действительности и овладения ею, социалистическом реализме, роли искусства в воспитании трудящихся (Б.Р. Казыханова).

В исследованиях философов Казахстана В. А. Черняк, К. Шулембаева видное место занимали вопросы научного атеизма. Осо­бое внимание обращалось на критику ислама. В книге 3. Акназарова «Ислам и действительность» (1977) анализировались идеоло­гия и тактика деятельности мусульманского духовенства, приемы работы мусульманских организаций, современные формы проявле­ния так называемых идеологов ислама. Обобщен опыт научно-атеистической работы в Казахстане.

Философы республики интенсивно разрабатывают проблемы диалектики. В этой связи монографии Ж. Абдильдина, А. Касымжанова, Л. Науменко, М. Баканидзе «Проблемы логики и диалек­тики познания» (1963), «Диалектическая логика» и другие публи­кации получили положительную оценку философской обществен­ности страны.

Большое внимание уделено диалектико-логическим проблемам физики, математики и других частных наук. Несомненный инте­рес представляли работы К. X. Рахматуллина, посвященные рас­смотрению принципа развития с диалектико-материалистических позиций. Автор трактует развитие как целостный, необратимый, многоплановый процесс, в котором цикличность и необратимость составляют единство.

Активно велось исследование законов и категорий мышления, принципов и сущности математизации знания (А. Нысанбаев и др.), принципов и методов научного исследования, научно-теоре­тического анализа, возрастания роли логического мышления в процессе познания объективного мира.

Значительное место в работах философов Казахстана занима­ли вопросы предметно-практической деятельности, ее места и роли в процессе познания. Включение практики в теорию познания марксистской философии дало возможность решить вопрос о при­роде знания, диалектике объективного и субъективного, общест­венного и индивидуального в познании, соотношении эмпириче­ского и теоретического уровней научного познания. В философско-методологическом аспекте раскрывались природа социальной обусловленности познания и его современные проблемы. Анали­зировались возрастание социальной роли знаний, сознательного овладения людьми общественных закономерностей в развитии об­щечеловеческой цивилизации, диалектическое единство социаль­ной деятельности и социального познания.

Философы стремились с позиций ограниченных возможнос­тей отразить социальный динамизм современной эпохи в диалек­тических понятиях и категориях. На первое место вышли иссле­дования, связанные с конкретизацией ленинского понимания ядра диалектики на основе анализа многообразных противоречий про­блем мирового развития. Важной задачей, вставшей перед фило­софами, явилось также изучение социальной проблематики, за­кономерностей развития зрелого социализма на основе принци­пов диалектического материализма.

Развитие современной науки, как известно, характеризуется двуединым процессом — дифференциацией и интеграцией. Спе­циалисты в области философскких проблем естествознания ис­следовали эти тенденции в развитии науки, особенно в новых областях, требующих философского осмысления.

Наряду с Алматы центрами исследования актуальных фило­софских вопросов современного естествознания становились и такие города республики, как Семипалатинск, Шымкент, Кара­ганда, Усть-Каменогорск и др. В ряде работ казахстанских фило­софов была дана диалектике-материалистическая трактовка важ­нейших положений астронавтики, квантовой механики, биоло­гии, медицины и т. д. Проведены интересные исследования по проблеме причинности (Н. А. Мусабаева и др.).

В эти годы эффективной формой укрепления союза филосо­фов и естествоиспытателей стали философские методологические семинары, созданные во всех вузах республики.

Результаты деятельности методологических семинаров отража­лись в совместных публикациях материалов конференций, сим­позиумов философов и естествоиспытателей. Считалось, что диалектико-материалистическая философия активно влияет на ход современных естественно-научных исследований, что приводит к возрастанию роли философских вопросов естествознания. Отсю­да вытекала задача глубокого философского, методологического осмысления новых явлений научного познания.

Исследование всемирной и национальной истории философии явилось важной составной частью работы философов Казахстана. Развитие философской теории всегда требует постоянного обра­щения к ее истории. Целостное и систематическое исследование истории философии, раскрытие закономерности историко-фило­софского процесса, анализ истории формирования принципов, идей, философских понятий и категорий имеет большое значение для творческого развития философской теории, повышает общую культуру и методологическую вооруженность исследователей. Сле­дует подчеркнуть положительное значение публикаций по этой проблематике А. X. Касымжанова, А. Ж. Кельбуганова, М. Орын-бекова, К. М. Сатыбалдиной, Ж. М. Абдильдина, Г. П. Кармышева, 3. А. Мукашева, Б. Г. Нуржанова и др.

В системе философского образования в Казахстане незначи­тельное место отводилось изучению истории национальных фи­лософий, которое играет важную роль в интернациональном вос­питании, формировании бережного отношения ко всему прогрес­сивному в истории духовной культуры народов.

Чрезвычайно важным являлось фундаментальное изучение ис­тории общественной мысли Казахстана, в особенности в совет­ский период, с точки зрения становления и развития идейных, духовных связей между народами, ставшими на путь социализма. Философы раскрывали диалектику национального и обществен­ного, особенного и всеобщего, интернационального в духовной истории советского народа. Философы республики уделяли боль­шое внимание проблемам истории общественной и философской мысли Казахстана (К. В. Бейсембиев, О. А. Сегизбаев, М. С. Бу-рабаев, А. У. Уразбеков и др). Ими раскрыты ее богатство и ори­гинальность, показано большое влияние на нее мировой фило­софской мысли, под благотворным воздействием которой сложи­лось мировоззрение Ч. Валиханова, И. Алтынсарина, А. Кунанба-ева и др.

Так называемому обострению и усложнению идеологической борьбы в мире посвятили труды такие авторы, как Б. Амантаев, Д. Кшибеков, Ж. Молдабеков и др. В них подчеркивалось, что отношение марксистско-ленинской философии к буржуазной фи­лософии — это не только философская, но и политическая про­блема. Указывалось, что борьба в современном мире становится все более острой и напряженной, а приемы идейных врагов — более изощренными и коварными.

В настоящее время казахстанские философы изучают различ­ные стороны философских учений казахских мыслителей. Это помогает глубоко раскрыть период истории, сыгравший значи­тельную роль в развитии национального самосознания казахского народа.

Как видно, определенная духовная установка задавала направ­ления развитию казахстанского общества. Дух возникает как на­чало, превращающее систему взаимодействия в новую неповто­римую целостность. Но тут происходит переоценка ценностей. Цивилизация перестает быть средством реализации культуры, она приобретает самоцельную самостоятельность и начинает теснить и давить культуру, приходит ей на смену в период упадка, заката культуры, повлекшей за собой потерю носителей идей. Чего не хватало носителям идей, чтобы противостоять давлению реальных обстоятельств? Если знания этих обстоятельств — то это препятствие вполне преодолимо. Если средств противостояния — то тут возможны два варианта: либо эти средства действительно напрочь отсутствуют, и тогда идея оказывается ложной, прежде­временной или запоздавшей; либо носитель идей не способен подчинить себе нужные средства. В данном случае не хватает ему характера, что выразилось прежде всего в неадекватном понима­нии истории своего народа, в следовании штампам и стереоти­пам, навязанным извне. Нужно было понимать, что духовный мир казахской философии является не хаотичным сочетанием случай­ных открытий отечественных поэтов и мыслителей, а выражени­ем народного духа с определенными парадигмами и преобладаю­щими, исторически устойчивыми смыслообразами. Эти смысло-образы выстроены вокруг общего понимания мира, места и на­значения в нем человека. Вектор духовного мира казахской фило­софии направлен на гармонизацию отношения человека с приро­дой, человеком (обществом), собственным «я», на поиск опти­мальных форм и средств сохранения жизни, ее восходящего раз­вития.

В современном мире отмечаются мощные процессы стереотипизации духовной жизни, поэтому философия этноса не может существовать вне контекста мировой философии. В то же время в процессе взаимодействия философии неизбежно осуществляется ее самоидентификация. Становление и развитие национального самосознания есть не что иное, как институализация этого про­цесса в сознании этносоциальной общности.

Национальная философия в постсоветском пространстве в про­цессе взаимодействия с общей реальной культурой сформирова­лась как пограничная духовная ценность, и это обострило ее спо­собность выбирать различные элементы других культур, легко их ассимилируя. Обретая качество пограничной, философия казах­ского народа несет в себе способность к сосуществованию раз­личных этносов, социальных и религиозных групп, культурному взаимодействию и синтезу.

Национальная философия позволяет человеку выйти за рамки, определенные ему цивилизацией. Ушли в прошлое единообраз­ные представления об общественной эволюции как эволюции по схеме европейского индустриализма. Мировое сообщество обре­тает новую парадигму самоидентификации через социокультурное многообразие, что проявляется через выявление внутренних типологических градаций казахской национальной культуры, а также анализ исходных критериев данной типологии.

Однако такой процесс социокультурной модернизации не мо­жет идти по готовой модели. Этот процесс неизбежно развертыва­ется в острых противоречих, накладывающихся на реальную со­циально-экономическую, политическую, культурную специфику общества транзитного типа.

Для казахского народа — кочевнического этноса — системообразующим элементом национальной философии стали единство народа как национальная идея, объединяющая фольклор, мифо­логию, народную мудрость, искусство и правила нравственности в их становлении, и самоидентификация казахского менталитета. Выросшая из этой идеи, философия впоследствии взяла на себя функции осмысления социальной жизни, нравственной оценки, духовной критики и исканий. Она выполняет мировоззренческую, критическую, воспитательную и пропагандистскую роль. Повы­шенная социальная значимость придает национальной идее чер­ты философичности. Ведь еще А. Тойнби считал, что «правящее меньшинство», управляющее якобы реализацией идей «творчес­кого меньшинства» на самом деле занимается «мимесисом» — приспособлением к плохо понятым идеям и приспособлением идей к своим целям».

Наука, экономика, идеология — факторы, образующие новое единство модернизированного общества, извне моделируют это единство, не затрагивая во многом внутренние ресурсы индиви­дуальности, полностью задействованные в традиционном обществе. Только в тех случаях, когда общественная система, выбирая свой путь в истории, вырабатывает философские параметры сво­его существования, она жизнеспособна. Следует верить не в чело­века, а в силу хорошей политической конституции.

Конно-кочевая культура степей сформировала у казахского народа такие содержательные черты национального самосозна­ния, как выдержку и выносливость. Древние культурные тради­ции предопределили великодушие, терпимость, контактность, гос­теприимство как компоненты национального самосознания ка­захского народа. Неприемлемы ложь, предательство, неволя (своя и чужая). Характерной чертой национального самосознания ка­захского этноса являются культ предков, генеалогическое пристрастие к старшим, детям, стремление к свободе2. Кстати, послед­нее по-своему официально провозглашается основной ценностью нового времени уже в американской «Декларации независимос­ти» (1776) и французской «Декларации прав человека и граждани­на» (1789).

В современных условиях применительно к национальным куль­турам в постсоветском пространстве существует несколько пара­дигм универсализующей духовности. Ясно, что идея распростра­нения западноевропейской, восточной (исламской) и русской куль­тур, характеристика одной из них как единственной носительни­цы просвещения, гуманизма, разумности несостоятельна, а тре­бования намеренной реконструкции национальной духовной куль­туры под одну из универсальных моделей духовности нелогичны.

Обретение Казахстаном независимости явилось поворотным пунктом в многовековой истории страны, в судьбе населяющих его народов. Наличие необходимых атрибутов подлинной само­стоятельности и национальной свободы создает новые возможно­сти и перспективы для политического, экономического и научно-технического развития, духовного возрождения, повышения ма­териального и культурного уровня жизни населения.

Как подчеркивал Президент Н. Назарбаев,— «На новом исто­рическом витке народы Казахстана решительно сделали свой вы­бор — к демократическому обществу». Однако на этом пути народ ждут трудности, определенные жертвы, связанные с ванием старого экономического уклада. Только напряженный це­ленаправленный и инициативный труд может оказаться тем ры­чагом, который позволит взойти на вершину современного миро­вого развития. В этом убеждает опыт Южной Кореи и других стран, которые за последние 30 лет совершили гигантский скачок, со­вершив экономическое чудо, благодаря напряженному и эффек­тивному труду, используя достижения мирового научно-техниче­ского прогресса в своей стране. Казахстан слишком богатая стра­на и непозволительная роскошь жить в нем бедно. «Главным и самым тяжелым грехом является бесполезная трата времени..., трата этого времени на светские развлечения, «пустую болтовню», рос­кошь... Сон — не более шести часов — морально совершенно не­допустимо»3. На нынешнем этапе для Казахстана главная задача — дать импульс рождению новых общественных отношений, ли­шенных лицемерия и ханжества, проникнутых атмосферой свобо­ды внутри страны, на деле превратиться в самостоятельный субъ­ект международных отношений, активно действующее лицо ми­рового экономического пространства, что и было сделано в пер­вые годы независимости.

Исходя из опыта цивилизованных государств можно сделать вывод, что при модернизации политико-экономической системы первоначально осуществляется переход почти тотальной регламен­тации к авторитаризму в сфере идей, культуры и духа. Создается плюралистическая культурная, духовная сфера, где существуют официальная и неофициальная культуры. Затем следует переход от одномерности традиционных обществ к многомерности в эко­номической сфере. И только после того, как происходит расслое­ние общества и начинаются динамические процессы, стихийное столкновение личных старых и вновь появившихся интересов, возникает необходимость своевременно осуществить переход от абсолютизма к авторитаризму в политической сфере, чтобы раз­личные конфликтующие стороны в легальной форме, в сфере пуб­личной власти смогли конструктивно обсуждать и решать пробле­мы страны и различных социальных групп. Это предотвратит со­циально-политическую поляризацию, ужесточение и обострение конфликтов, которые на определенном этапе могут выйти из под контроля и создать катастрофу для той или иной страны.

Новая Конституция Казахстана придает политическому обли­ку страны черты западного, прежде всего французского, парла­ментаризма.Опыт показывает, что Казахстан сможет усвоить ос­новные принципы парламентской демократии, в очень сжатые сроки проведя всеобщие выборы на многопартийной основе. Од­нако можно сделать прогноз относительно того, что новая казах­станская представительная система, постепенно утверждаясь, не будет копией французской, а приобретет своеобразную форму казахстанского парламентаризма.

За годы тоталитаризма в Казахстане идеология патернализма сблизилась с патриархальной формой пиетета перед авторитетами настолько, что имевшийся в идеологии дореволюционного про­светительства действительно освободительно-демократический оттенок был полностью выхолощен. Просветительские лозунги и декларации стали использоваться властями лишь для прикрытия системы государственного насилия и элитарного положения правящей верхушки. Эти лозунги продолжали по форме традиции просветительства, берущего начало во второй половине XIX в. Однако при этом был отброшен новый экономический опыт, связанный с переходом к оседлому образу жизни, капитализацией различных отраслей хозяйственной жизни и становлением соци­ально-политических организаций, форм государственности в са­мом Казахстане.

Реальная система власти в республике представляла собой мон­стра, соединившего черты общинного государства, наделенного функцией легализованного насилия, прикрытого якобы защитой интересов большинства населения, всего народа. Это привело к тотальному разрыву людей с многовековыми культурными тради­циями, подрыву нравственных корней, разрушению основ граж­данских отношений и утверждению феномена «манкуртизма» в качестве нормы. Гуманистические потери коренного населения республики в этом плане огромны и невосполнимы.

Становление гражданского общества в Казахстане во многом зависит от его вхождения в мировую цивилизацию. Поэтому про­блема демократического, правового государства, т. е. создание механизма государственной власти, который был бы призван за­щищать и гарантировать социально-экономические права граж­дан, особенно актуальна сейчас. Формирование казахстанской государственности происходит в противоречивой обстановке, обусловленной поискам новых пу­тей, идей и направлений развития страны. Всем ясно, что ста­бильные государственные структуры зародятся и смогут нормаль­но функционировать нескоро. На нынешней стадии развития ка­захстанской государственности наиболее вероятно установление либеральной диктатуры. Это, возможно, не вызовет протеста со стороны масс, ибо она, ассоциируясь с иждивенческой идеей па­тронажного государства, будет соответствовать нынешнему мен­талитету граждан. Дальнейшее развитие государственности будет медленно определяться тем, что в обществе в результате привати­зации произойдет дифференциация граждан-собственников по корпорациям.

Особенность нынешней ситуации такова, что само развитие разных гражданских структур нуждается в сильной политической власти. В Казахстане в перспективе должна реализоваться модель государства социал-демократического типа с сильной политикой и индивидуальными экономическими и политическими возмож­ностями. Поэтому общественное сознание, по логике вещей, ори­ентируется не на сильного лидера, а на такую модель государства. Это генеральная линия общественного развития могла бы соста­вить основу повседневной работы всех властных, политических и образовательных структур молодого государства.

Понимание этой проблемы стало важнейшим итогом XX в., переломным моментом в исторической судьбе не только Казах­стана, но и большинства стран мира.


Хрестоматия 10.2.


Орынбеков «Предфилософия протоказахов»: «Мировоззренческие ориентиры и первоначальные категории протоказахов и их соотношение»; «Традиционные верования Протоказахов. Поклонение Тенгри, Жер-Су, Умай». А. ,1994, С.104-116, С.190-192.

Глава IV.

МИРОВОЗЗРЕНЧЕСКИЕ ОРИЕНТИРЫ И

ПЕРВОНАЧАЛЬНЫЕ КАТЕГОРИИ ПРОТОКАЗАХОВ И ИХ СООТНОШЕНИЕ.


В процессе экономического, культурного и духовного взаимовлияния гуннов, усуней и канглы происходили про­цессы взаимопроникновения, совмещения мировоззренческих установок, которые вначале были существенно различными, ибо как было сказано выше, гунны представляли собой образ жизни "чистых" кочевников, канглы - "чистых" земледель­цев, а усуни синтетический хозяйственный тип полукочевых скотоводов. По прошествии приблизительно пяти-шести веков ситуация существенно изменилась. Гунны в подавляющем большинстве ушли на запад, а те, которые остались или вернулись, растворились и ассимилировались среди других казахских народностей. Значительная часть канглов в ходе переселения огузов на юго-запад ушла в составе этих племен и также была ассимилирована в их составе на новом месте жительства. Оставшиеся канпойцы примкнули к усуням и поныне считают себя в их составе. Это говорит о том, что из протоказахов к середине I тысячелетия усуни оказались тем народом, который сконцентрировал внутри себя основные мировоззренческие ориентиры насельников Казахстана, что объясняется в немалой мере тем, что хозяйственный тип усуней, а именно полукочевое скотоводство, стал превалиру­ющим на всей территории современного Казахстана.

История протоказахов заканчивается в середине I тыся­челетия-, когда завершается сакское и усуньское время, и начинается тюркское время, с воцарением на огромных территориях от Северной Монголии, Центральной Азии и Алтайского нагорья до низовьев Аму-Дарьи и Мавераннахра тюркских народов. На территории Казахстана это связано с появлением найманов и аргынов, кипчаков и кереев, конратов и онгутов, племен Бай-Улы, Алим-Улы и Жетiру и др. Будучи вначале "чистыми" кочевниками, и в этом смысле продолжая линию гуннов, тем не менее после исхода с Алтая они постепенно перешли на полукочевое скотоводство, оказавшееся оптимальным хозяйственным типом на террито­рии Казахстана.

Освоение огромных территорий в Сары-Арке и на западе, перенятие хозяйственного опыта от аборигенов-канглов по­зволило новым народам довольно быстро перенять начала земледелия, огородничества, сенокошения на берегах Иртыша и Тобола, Ишима и Нуры, Сарысу и Тургая, Илека и Яика, Ори и Эмбы. Богатый травостой Сары-Арки, наличие большого числа водопоев позволили пришлым племенам в краткие сроки вжиться в новую природную среду и перейти на полукочевое скотоводство, оставив втуне "чисто кочевни­ческое" хозяйство. И в этом аспекте большую роль сыграл уже имевшийся хозяйственный опыт насельников территорий, протоказахов. По прошествии некоторого времени вся совре­менная территория Казахстана фактически перешла на основы полукочевого скотоводства, от чего и отталкиваются основные мировоззренческие ориентации протоказахов, кото рые сказали непреходящее влияние на генезис, становление и рост философского отношения к окружающей действитель­ности.

Основой философии, как известно, является мировоззре­ние, оказывающееся тем лоном, из которого выступает философия. Мировоззрение является системой духовно-прак­тического освоения действительности, внутри которой пред­ставлены в совокупности знания и убеждения, нравственные идеалы людей и регуляторы социального поведения, полити­ческие ориентиры, психологическое и эстетическое отношение к окружающему миру. Результаты миросозерцания, миропо­нимания и миропреобразования аккумулируются в понятии мировоззрения, которое для отдельного человека оказывается совокупностью представлений о его месте в обществе, формой самосознания, результатом осознания мира как целого.

Философия является ядром мировоззрения на понятийно-категориальном уровне. В этом смысле она оказывается высшим, теоретическим видом мировоззрения. В философском плане мировоззрение всегда направлено на осознание пре­дельных оснований человеческого существования, вычленение всеобщих связей миропорядке, выявление абсолютных границ бытия человека. Полагание человеком меры его социального поведения непосредственно стыкуется с акцентированностью анализа на понятиях "последних оснований", "первоначал", "субстанциальных основ".

Центральными категориями мировоззрения, хотя бы по определению, выступают "мир" и "человек", которые хотя в строгом смысле не являются философскими в аспекте научности, однако весьма многообещающи, ибо "мир зрит человек". Это означает, что, помимо чисто познавательного ракурса, в мировоззренческом подходе имеются еще и такие формы практически-духовного освоения мира, как-то: понимание, общение, интерпретация, вообще культурно-историче­ский контекст и т.п.

Чем слабее государственность, а она всегда была слаба у протоказахов, да и у казахов тоже исторически, тем большее влияние на этническую общность имеет природная среда. Природа всегда выглядела для насельников Казахстана как абсолютное и вечное начало, единственная реальность, которая внутри себя была самодеятельна, имела имманентные причины и факторы существования, располагала основами активности и эволюции. Людям вначале оставалось лишь подчиняться природным закономерностям, постигать их при­чины и строить на этом свое бытие, избегая природных катаклизмов. Природа здесь выступает как Вселенная, имеющая неисчерпаемые глубины и логику своего существо­вания, которая диктует индивидам формы и способы их бытия, будто в кочевническом или земледельческом вари­антах.

Древние и архаические времена вынуждали человека того времени ежедневно подтверждать свою верность мировоззрен­ческим установкам рода или племени, ибо суровые ч тяжелые условия существования не позволяли соплеменника т пренеб­регать социальными ориентирами и обычаями, иначе им угрожало изгнание из рода, что означало в подавляющем большинстве случаев верную смерть. Мировоощущение ста­новилось явным, миропонимание толкало на вполне опреде­ленные поступки, мировоззрение было обусловленным, ре­альным и ясным. Природа выступала как законченный миропорядок, а человек пока является лишь частью природы. Однако по мере развития человека и эволюции его рода постепенно приходит понимание практической, преобразую­щей деятельности, труда, в процессе которого осуществляется приспособление природной среды для нужд человека, а вслед за тем и ее переделка. Появляется земледелие, собирательство трансформируется в огородничество, осуществляется сеноко­шение для нужд домашнего скота. От приспособления природной среды люди переходят к ее переделке, одной из форм чего оказывается одомашнение зверей, их приручение. С момента приручения дикой лошади начинается скотоводство и переход к кочевничеству, что явилось, как было видно выше, прогрессивным явлением в тех условиях.

В философском отношения возникновение переделки природной среды означает целенаправленную деятельность человека, появление фактора целеполагания, что явилось важнейшим условием выделения человека из природы, становления его как самостоятельной сущности. Целеполагающая деятельность человека оказывается завершающей фор­мой объективного процесса. В едином, но противоречивом процессе его стороны выглядят как природная закономерность и целесобразность деятельности людей. Единый миропорядок теперь постоянно прерывается целенаправленной деятельно­стью людей, претендующих уже не на роль "части природы", а на постоянную должность ее преобразователя и господина. Пока в этом ничего негативного нет, однако много веков спустя подобная установка приведет к экологическому и антропологическому кризису.

Мир природы в процессе целеполагания и целенаправ­ленной деятельности людей становится миром человека, внутри которого решающую роль играют уже не природные закономерности, диктующие "железную волю" необходимо­сти, а свободная деятельность людей, когда они начинают творить не только сообразно детерминации внешними обсто­ятельствами, но и по законам свободы. На этом этапе человек выделяется из природной субстанции и противопоставляет себя природе. К.Маркс писал: "Практическое созидание предметного мира, переработка неорганической природы есть самоутверждение человека как сознательного родового суще­ства... человек производит даже будучи свободен от физиче­ской потребности, и в истинном смысле слова только тогда и производит, когда он свободен от нее... человек умеет производить по меркам любого вида и всюду он умеет прилагать к предмету соответствующую мерку: в силу этого человек формирует материю также и по законам красоты".

Полукочевое скотоводство, которое нами воспринимается как "истина", в которой "сняты" основополагающие моменты кочевничества и земледелия на территории насельников Казахстана, позволяет говорить о мировоззренческих ориен­тирах как вехах на пути перехода от деятельности по освоению природы, которая сама оказывается "природной"деятельностью, к деятельности по переделке и преобразованию этой природы как исходного материала жизнедеятельности людей. В этом длительном процессе постепенно вырабатываются две формы связи индивидов, первой .из которых предстает их совместная деятельность по освоению и преобразованию природных компонентов, а второй-взаимосвязь по объединению и развитию общественных форм этноса, воспроизводству его членов, продолжению жизни человека, удовлетворению его биологических и социальных потребно­стей.

Эти формы взаимосвязи индивидов функционируют у протоказахов как совокупная деятельность по скотоводству, земледелию и огородничеству, освоению природы в его пространственных формах, пригодных для кочевья, пахоты, посадки бахчевых, овощей и фруктовых древьев, главным из чего является полукочевое скотоводство, и происходящее в этом трудовом процессе совместное общение, выработка форм сожительства, общежития, что предполагает организацию общественного строя, зиждящегося уже у усуней и канглов на отношениях собственности, имущественного неравенства. Это показывает включенность в процесс материального производства познавательных и оценочных мотивов, которые затем в своей совокупности перерастают в мировоззренческие ориентиры существования, которые уже сами регистрируются в общественном сознании в качестве норм, обычаев и постулатов социального поведения, регулирующих жизнь исторических общностей людей, в частности протоказахов.

Основная задача, которая стоит здесь, состоит в том, чтобы проследить, каким образом производственные отноше­ния полукочевого скотоводства сказываются на образовании мировоззренческих ориентиров у протоказахов, или же, как производственная деятельность людей, связанная с"реальным бытием предмета", сказалась на отношениях людей к природе и друг к другу. А то, что любое общество в первую очередь должно производить и воспроизводить, чтобы потреблять, является непреложным для каждого общественного строя, в т. ч. и для того, где жили протоказахи. /…./ Полукочевое скотоводство, существовавшее многие века, а в Казахстане существующее и поныне, на многие века задало основы существования этого народа, что вылилось в принципы бытия и осознанные ценности мироздания. Более того, эти ценности существуют столь давно, что они стали как бы впитанными в кровь человека с самого детства, потому в значительной мере выступают бессознательным образом, хотя и могут быть вполне расшифрованы. Это доказывается тем, что в сознании людей часто встречаются элементы, которые не являются личностными, их нельзя объяснить из собственной жизни индивида, они кажутся коренными, врожденными и унаследованными формами человеческой психики. Поскольку все на свете имеет свою историю, то и разум должен иметь историю, ему должны предшествовать онтогенетаческие этапы развития человека с неосознанной стадией, в которых воспроизводится именно филогенетическая стадиальность развития, к чему сам становящий рассудок человека не имеет отношения, но его воспроизводит. Иначе говоря, в индивидуальном развитии ребенка воспроизводятся филогенетические ступени эволюции его предшественников, что совершается в ходе воспитания и не осознается, а потом переходит в состав бессознательного состоящего из образов, впечатлений, продолжающих влиять на сознание. Оказалось, что психика не тождественна сознанию, в ней имеются огромные области бессознательного, которое оказывает воз­действие на жизнедеятельность людей.

Эти архаические пережитки (З.Фрейд) составляют старую часть психики человека, его основу, с "коллективными образами" и мифологическими темами. Если задаться вопро­сом, почему мифы, которые ушли в небытие еще два тысячелетия назад, постоянно воспроизводятся, и довольно активно, а нашем сознании и поныне, то ответом на это будет свидетельство с постоянном присутствии мифов в мыслительном аппарате людей как некоторого базисного знания. Позднее эти архаические пережитки будут истолко­ваны в других школах психоанализа как архетипы или прообразы (К.Юнг), оказывающиеся сознательным выраже­нием мифологических образов или тем. Длившееся тысяче­летия полукочевое скотоводство, его темы батыр, конь, кочевье, юрта, далекие земли, время существования, про­странство кочевья, теплые южные края, "ждущая невеста" и многое другое, были продиктованы не столько производст­венными отношениями непосредственно, а наличной культу­рой общества, т.е. определенным способом жизнедеятельности. Непосредственная близость протоказахов к реалиям бытия, чувственная близость к наблюдаемому и воспринимаемому миру, укорененность в этом бытии выразились в понимании времени, пространства, внутреннего мира человека, иных миров существования, смысла бытия, нравственных устоев. Все это имеет реальные корни в реальном бытии, отсюда проистекает национальный образ мира, мировоззрение, кото­рое нельзя спутать ни с одним другим миропониманием.

Обращение к истории культуры протоказахов позволяет понять то место, которое в ней занимает понятие менталитета этноса, т.е. коллективно формируемого в обществе строя мышления и психики, который присутствует у всех членов этого общества и проявляется на индивидуальном уровне. Этот "фермент" культуры играет решающую роль в соци­альном поведении каждого человека, ибо, будучи заложен в нем, он задает ему траекторию общественного движения, ориентирует в многообразном мире, а самое главное, задает основу выбора из спектра объективно имеющихся возможно­стей. Если на уровне бессознательного выбор совершается на базе архетипических форм и проявляется в инстинктах и импульсах, то менталитет диктует ориентир выбора на основе "наученного поведения", совокупности навыков и привычек, которые прививаются коллективом в ходе воспитания, образования и т.д.

Самое интересное то, что и архетипы, менталитет проявляются всегда на бессознательном уровне, и поэтому, когда осуществляется поиск мировоззренческих оснований, то он поневоле ориентируется на вычленение исходных бессоз­нательных структур, которые скрываются за ширмой фетишей и иллюзий. Если искать за видимостью сущность, то следует отрешиться от внешности явлений и перейти к анализу стереотипов сознания, набора привычек, имеющегося опыта, полученных знаний, которые в своей основе являются "коллективным бессознательным". Эту точку зрения, не говоря уже о немецкой классической философии и о психоанализе, поддерживал даже К.Маркс: "Видимость про­тиворечит сущности. Видимостью тут является сознательно установленный закон государственного строя, а сущностью его бессознательный (выделено нами - М.О.) закон, стоящий в противоречии к первому. Сознательно установленный закон тут не выражает того, что заложено в природе вещей: «против, он составляет противоположность последней" . В учении Фрейда о бессознательном, правда, на первый план выдвигалась его биологическая природа, однако уже у К.Юнга и других последователей эта концепция была переработана в отношении социальных процессов, а сексуальные влечения были заменены настроенностью человека на историческое творчество, что выглядело основой его поведения.

Оказалось, что корни всего лежат не столько во внешнем мире, сколько внутри самого человека, его импульсов существования, способов его бытия. Маркс писал: "Теория способна овладеть массами, когда она доказывает ad hominem, а доказывает она ad hominem, когда становится радикальной. Быть радикальным значит понять вещь в ее корне. Но корнем является для человека сам человек". Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т.1. С.282-283.

Это означает, что объективация теории может быть достигнута лишь тогда, когда она воспринимается не только на уровне логического мышления, но и входит в подсознание. Доказательством этому является то, что большинство своих поступков человек совершает, не размышляя об этом, не рефлексируя над каждым своим шагом. Он просто прикладывает к возникшей ситуации имеющуюся у него структуру "коллективного бессознательного" и сразу же принимает естественное для него решение на основе стереотипов сознания, обретенных привычек, имеющегося опыта.

Бессознательные структуры обладают очень высокой устойчивостью. По существу, они могут сохраняться на протяжении веков и даже тысячелетий (в традиционных обществах). Поскольку казахское общество является традици­онным, то это в полной мере относится и к нему. Один и тот же образ действия, одна психология сопровождают функционирование общества достаточно долго, поэтому так долго сохраняется мифологическое умонастроение. Древние мифологии сохраняют свое содержание и поныне, что отмечено Леви - Строссом в тезисе об одинаковом предназ­начении мифов и политической идеологии современных обществ: "Дело в том, что сущность мифа составляют не стиль, не форма повествования, не синтаксис, а рассказанная в нем история". Это имеет особенное отношение к национальной психологии, ибо мифы, рассказанные об истории народа, приобретают необыкновенную живучесть для представителей данного этноса.

"Коллективное бессознательное" народа для отдельных его представителей означает культурный контекст, вне которого они просто не существуют, ибо здесь люди участвуют в совместной деятельности друг с другом, обладают и пользуются определенными кодами языка, мотивов и т.д. В этом смысле поэма "Козы-Корпеш— Баян-Сулу" в равной мере оказывается доступной как гуннам и сакам, от которых берет свое начало, как кипчакам, найманам и аргынам, чьим детищем она считается, так и современным казахам, которые до сих пор зачитываются этой поэмой о любви. Это показывают преемственность культуры, что выражается в приблизительно одинаковом отношении к героям дастана - Корпешу, Кодару, Баян-Сулу, аналогичной оценке их поступков, жизненного выбора и дальнейшей судьбы. Самый глубинный пласт сознания оказывается тесно связанным с чувством принадлежности к определенному этносу, к его традициям и мировоззренческим установкам, что, правда, не всегда осознается самим индивидом. Национальные и рели­гиозные чувства наиболее близки к биологической основе человека, и когда происходят крупные социальные потрясения и сдвиги, у людей происходит всплеск коренных инстинктов и импульсов, а их мысли и действия перемещаются в этноконфессиональный аспект. Последним пристанищем в этом случае оказываются этнос и религия. Для доказательства этого достаточно посмотреть на карту бывшего СССР./…/

Социальные и экономические отношения протоказахов были направлены в первую очередь на поддержку условий существования и расширенное воспроизводство людей как рабочей силы и личностей. Индивиды, включенные в реальную совместную деятельность, имели свою мотивацию жизнедеятельности, осознанные цели, ориентиры и критерии поведения, основанные на различном понимании смысла скотоводства и земледелия в разных пропорциях. По мере роста совместной деятельности людей увеличивалось их общение, которое приобретало различные формы сотрудни­чества. Это позволило объединяться, образовывать особые формы кооперации деятельности, которые наращивали свою совокупную мощь, приступая к освоению все более удаленных частей территорий, и развивали наиболее целесообразные формы сотрудничества, переходя от наиболее крайних форм в виде "чистого" кочевничества и "чистого" земледелия к полукочевому скотоводству как синтетическому хозяйствен­ному типу. На данной основе стала возможной выработка основных мировоззренческих ориентиров и первичных кате­горий у протоказахов./…/

Протоказахи как составная часть древних тюрок пережили сложную цепь этнополитических и социально-экономических сдвигов, в ходе которых выдвинули и сумели реализовать/ собственные, глубоко им присущие мировоззренческие и познавательные установки, которые влились в многокрасоч­ную палитру развития человеческого общества.


ТРАДИЦИОННЫЕ ВЕРОВАНИЯ ПРОТОКАЗАХОВ. ПОКЛОНЕНИЕ ТЕНГРИ, ЖЕР-СУ, УМАЙ.

Обращая свой взор к небу, древний тюрк постулировал свое мировоззренческое отношение к действительности в вертикально- пространственном аспекте, подразделяя эту вертикаль на верхний мир Тенгри (Небо) и свой срединный мир, где находилась земля (Жер), текла вода (Су), которые в своей совокупности составляли источники существования. Поклонение Небу (Тенгри) занимало центральное место в этом культе благодарения, что понятно, а потому и породило массовый культ неба. По небу на колесницах или небесных конях ездили небесные существа, сами же каганы тюрков были похожими на Небо и были они "на Небе рожденными". В древне- тюркской письменности было записано: "Небо, руководя со своих (небесных) высот отцом моим Ильтериш-каганом и матерью моей Ильбильгякатун, возвысило их (над народом)"./…/

Возникновение культов Неба и Земли-Воды связано с извечным инстинктом благодарения человека, его постоян­ным стремлением отблагодарить добрых богов, покровитель­ствующих существ, которые спасают в тяжелые времена от голода и бедствий, посылают им продукты пропитания в виде кореньев, диких злаков, рыбы, животных. Осознание реальной жизненной действительности породило представление о на­личии верхнего мира, Неба, которое помогает людям. Не случайно уже у древних тюрок высочайшая, по их представ­лениям, верщина мира называлась Хан-Тенгри. Отождеств­ление в Небе бытийственного смысла и его духовной символизации на долгие века сохранилось у тюрков.

Пристальный Анализ Неба как верховного божества и привычка скотоводов предопределять центры тяготения и маршруты оптимального движения позволили реконструиро­вать Тенгри в его различных компонентах, которые, естест­венно, сохранили свое единство в мировоззренческом отно­шении. Не углубляясь в этот аспект, все-таки можно было бы отметить, что в образе Неба налицо тройственное единство эмпирической реальности, так как оно наблюдаемо, духовной символизации, ибо Тенгри является божеством, и, наконец, это образование, будучи наблюдаемо-ненаблюдаемым (идеально-неидеальным), оказывается функционирующим в раз­личных ипостасях. Небо есть единство реальности и символа в его функционировании, что сразу же влечет за собой значительные последствия в его функционировании, что сразу же влечет за собой значительные последствия.

Возвращаясь к выдвинутому постулату о непосредственной - внедренности протоказахов в реальности бытия, следовало бы расшифровать понимание или интерпретацию Неба в миро­ощущении древних казахов. Скотоводы первым делом обра­щали внимание на самую яркую вечернюю (утреннюю) звезду Шолпан (шопан Шолпанга карайды), искали у скотовязи Темир Казык (Полярную звезду), обращали внимание на расстановку Семи разбойников (Жетi К,аракшы), Большую Медведицу и т.д. Примат звезды Шолпан был настолько важен, что древние чабаны считали эту звезду прародиной всех людей, в которой находятся неродившиеся души будущих людей. В этом можно видеть синкретичное сочетание реальности небесного объекта и его идеализацию в качестве духовного символа порождающего мира. Смысловое единство реального и идеального в этом проявляется особенно сильно. Аналогичным образом луна выглядела в мировоззрении древних пастухов как хозяйка вселенной и потому рода человеческого, что выглядело особенно наглядно в периоды полнолуния, когда на луне имелись темные пятна и она была похожа на старушку. Как видно, Тенгри было не только Небом с сакральным значением, не только божеством, но и порождающим началом в первичных религиозных верованиях казахов.

Жер (Земля) и Су (Вода) были уже объектами поклоне­ния, находящимися в срединном мире, ведь они способство­вали сохранению рода, спасали людей и потому наделялись божественными чертами. В казахских преданиях понимание Жер-Су идет от времен исхода прототюрков с Алтайского нагорья, а потому до сих пор сохраняется уважение к Алтаю (ак Алтай, аскар Алтай, сыны Алтай), который считался местом свиданий Жер-Су с духами предков родов, которые традиционно поделили всю землю казахов между собой. Об этом же говорит упоминание о Молочном озере на Алтае (Сут кол), на вершине которого находится Алтын Бай Терек священный золотой тополь, служащий проводником среднего мира и неба, что звучит как Жер Тенгри киндиги (пуповина Земли и Неба), Жер-Су обладала еще одним озером Кзыл кол (Красное озеро), где обитала знаменитая рыба Кер балык, содержащая в себе прототипы всех видов людей и скота, и поддерживавшая горы всего Жер-Су. Кер балык передавал эти зародыши Жер-Су, которая уже сама наделяла ими духов-покровителей родов, а те уже реализовывали их по своему усмотрению.

Фундаментальная взаимосвязь Тенгри и Жер-Су поневоле поворачивает анализ к оценке действительного взаимоотно­шения эрих божеств. В орхоно-енисейских памятниках, найденных по р. Тубе (приток Енисея), пишется: Тенрим озук бизге бол, Идил жерим е менгу бол, что в буквальном переводе означает: О мое Небо, будь крышей над нами, О моя страна Идиль, вечно существуй. Само Небо, помимо своего сакрального смысла Тенгри, фигурировало и в обычных значениях, как голубизна (кок), воздух (ауа), что уже подразумевало расчленение неба на дальнее, высокое и ближнее, где летают ауа кустары (небесные птицы). Посред­ством Жер Тенгри киндиги сообщаясь с Землей, Тенгри вставало в понимании тюрков как голубое небо, наделенное божественными чертами, которым следует поклоняться. Араб­ский географ ал-Макдиси писал: "Тюрки говорят бир тенгри, подразумевая под этим "един господь". Некоторые из них утверждают, что тенгри это название небесной голубизны, а некоторые их них говорят, что тенгри это небо".




Похожие:

Тема 10: Казахская философия iconКазахская философия
Самобытность оказывается одним из движущих принципов истории, жизненным ядром культуры, стержнем и динамическим принципом развития...
Тема 10: Казахская философия iconКнига для чтения. В 2-х ч. М., I99I. 1-35 2-43 Сегизбаев О: А. Казахская философия. 15
Сведения о наличии фонда учебной, учебно-методической и научной литературы кгму для второго курса
Тема 10: Казахская философия iconДокументи
1. /Философия, религионовед/ПРОГРАММА философия магистр.2.doc
2. /Философия,...

Тема 10: Казахская философия iconДокументи
1. /Философия, религионовед/ПРОГРАММА философия магистр.2.doc
2. /Философия,...

Тема 10: Казахская философия icon«6М020100-Философия» мамандығы бойынша түсу емтихан сұрақтары
Философия ұғымы. Философияның ғылым мен дүниегеқатынастың формасы ретіндегі деңгейлерінің айырмашылықтары
Тема 10: Казахская философия iconТәттібек Нүргүл Мейрамқызы
Фараби атындағы КазМу-дың философия және саясаттану факультетін аяқтап, «Философия пәнінің оқытушысы» мамандығын алып шықты
Тема 10: Казахская философия icon6М020100-философия мамандығы бойынша магистратураға түсу емтихан сұРАҚтары
Философия ұғымы. Философияның ғылым мен дүниегеқатынастың формасы ретіндегі деңгейлерінің айырмашылықтары
Тема 10: Казахская философия iconОбразовательная программа докторанта
В рамках специальности «Философия» со специализацией «Социальная философия» осуществляется подготовка специалистов, ориентированных...
Тема 10: Казахская философия iconОбразовательная программа докторанта
В рамках специальности «Философия» со специализацией «Социальная философия» осуществляется подготовка специалистов, ориентированных...
Тема 10: Казахская философия iconТурсунбаева Салтанат Джалгасбековна
С. Ж. Асфендияров атындағы Қазақ ұлттық медицина университеті Қазақстан тарихы, мәдениеттану, философия, саясаттану және әлеуметтану...
Тема 10: Казахская философия iconДокторанттың білімдік бағдарламасы
«Әлеуметтік философия» мамандығы аясында әлеуметтік философия пәнін құратын негізгі мәселелерді зерттеуге бағытталған мамандарды...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©kze.docdat.com 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов